Бородавко: WADA превратилось из запретительной системы в разрешительную

Что станет с Еленой Вяльбе в будущем? Дотянет ли Александр Большунов до следующих Олимпийских игр? И действительно ли норвежцы дурят весть мир? Откровенное интервью РИА Новости Спорт дал старший тренер сборной России Юрий Бородавко.

— Это действительно так. Тот же Клебо, придя в сборную, не был астматиком. Но потом ему сразу сделали терапевтические исключения. И если бы это не помогало спортивным результатам, не было бы смысла их оформлять.

Люди, которые находились с норвежцами на допинг-контроле, видели, как заполняются карточки: доктор диктует список препаратов, которые они принимают. И в графе было видно, что у многих как минимум по два терапевтических исключения.

Многие говорят: "вы привязались". Но если бы этого не было, никто бы к этому не привязывался. Я давно говорил, что WADA превратилось не в запретительную систему, а в разрешительную: когда через терапевтические разрешения фактически разрешают применение допинговых препаратов. По всем данным международного здравоохранения Норвегия считается самой здоровой нацией — а получается, что она "самая больная" среди спортсменов, раз люди имеют по несколько терапевтических исключений.

Не может быть так, что одна нация доминирует во всех видах на выносливость: легкая атлетика, триатлон, биатлон, велоспорт… Норвежцы везде в лидерах, в топе. Получается, самые талантливые люди мира концентрируются только в Норвегии и так происходит из поколения в поколение. Это действительно вызывает вопросы. И я на сто процентов согласен: этим должны заниматься специалисты, которые смогут раскрыть этот секрет.

— Cейчас доминируют шведские лыжницы. Я знаю, что у них существует один центр подготовки, через который проходит больше 90% всех девушек. Но есть и такие таланты, как Эбба Андерссон, Фрида Карлссон. Карлссон ворвалась в элиту в 18–19 лет и до сих пор остается в топе. У нее как раз индивидуальный метод подготовки, и даже на сборах в Ливиньо она проводила тренировки вместе с Клебо.

— Очень многое решает талант. Не всегда самые одаренные люди рождаются именно в Норвегии и даже терапевтические исключения не смогут помочь. Возьмем Йохауг: около двадцати лет она выступала на высочайшем уровне. А потом — не родились новые такого же масштаба. У нас ведь тоже давно не было лыжницы уровня Елены Вяльбе. Мы ждем новых лидеров.

— Безграничный талант. Но к победам он шел с самого детства. В период физиологического роста занимался разными видами спорта, в частности футболом. А футбол — это высокая координация, быстрые резкие движения. Это развивает и мышечную систему, и общий объем работы. Все это дало развитие тела, нервно-мышечного аппарата и позволило сформировать ровные кондиции. Эти качества ему особенно пригодились в спринте. С годами он подтянул соревновательную и скоростную выносливость, стал уверенно бегать 15 километров, затем 30. Сейчас мы видим, что и 50 ему по плечу.

— Я бы разделил это на две части. Давайте вернемся в 2022 год. Наши спортсмены были если не на пике, то в топе — очень конкурентоспособные. И не только Александр. Нас боялись, нас воспринимали как равных. Четыре года отстранения сказались. И когда говорят "Давайте сейчас сравним", все понимают, что в нашем чемпионате нет той конкуренции и той мотивации, а это естественным образом снижает соревновательные скорости и возможности спортсмена. Чтобы вернуться на прежний уровень, нужно время.

А сейчас сравнение неэтичное. Даже в нынешнем состоянии, если бы заранее было понятно, мотивация, самореализация в тренировочном плане, психологический настрой были бы на другом уровне. Особенно в раздельных гонках и скиатлоне расклады точно были бы иными.

Одно дело — готовиться к российским стартам, другое — к международным. Соревновательные скорости и конкуренция на Кубке мира значительно выше, структура снега другая — и все, о чем говорили раньше, про адаптацию, действительно имеет значение. Это не происходит по щелчку.

Чтобы это понять, иностранных спортсменов нужно было бы поместить хотя бы на год-два в такую внутреннюю изоляцию. Тогда мы бы посмотрели, что с ними станет. Они бы сразу поняли, что такое отсутствие мотивации, конкуренции, международных стартов. Да, можно соревноваться внутри страны — но мы видим, к чему это приводит. Мы это понимаем и контролируем, но коренным образом изменить не можем. Пытаемся мотивировать спортсменов разными способами, но это не всегда работает.

Многим нашим спортсменам сейчас очень сложно найти мотивацию, чтобы заставлять себя работать тяжело и долго. Особенно тем, кто уже достиг больших результатов: у них есть имя, они оставили след в мировом спорте. И им реально трудно. Единицы пытаются найти мотивацию и продолжать двигаться. У кого-то цель — медаль на чемпионате мира или Олимпиаде. У кого-то — выиграть еще и войти в историю. Только самолюбие заставляет переносить тяжелейшие нагрузки и выходить за пределы физиологических возможностей.

— Нет, не весь. Сбор в Италии изначально планировался, когда мы выстраивали подготовку: он должен был быть перед Олимпийскими играми. Но, к сожалению, не сложилось: и CAS не помог - Александру не дали допуск.

— На мой взгляд, требования FIS абсолютно надуманные. Они прекрасно знают, что 90% спортсменов из нашей страны и вообще во всем мире связаны с силовыми структурами. Даже если брать сборные США — там такая же история. В каждой стране силовики поддерживают молодежь, потому что это возраст службы.

Нужно сказать спасибо нашим силовым структурам: они идут навстречу, создают спортроты, которые позволяют и служить, и получать зарплату, и вести нормальную жизнь. Это общепринятая практика. Но при этом самая болевая точка в глазах FIS — это принадлежность к силовым структурам.

При этом у нас, например, есть спортсмен Андрей Сахаров: он не служил ни в армии, вообще не имеет отношения к силовикам. По критериям FIS у него "чистый лист". И тем не менее ему не то, что не дают разрешение — ему просто не дают ничего. Непонятно, почему. Многим спортсменам так и не прислали никаких ответов. Вопросов много и к FIS, и к Международному олимпийскому комитету: почему так происходит.

— Все зависит от политических деятелей в разных странах. То потепление, которое началось со стороны МОК, многие увидели, и действительно есть попытки вернуть российский спорт на международный уровень.

Но федерации — это общественные организации, там многое решается голосованием. А голосование — это люди: человеческий фактор, представители своих стран. Они отстаивают интересы правительств. Поэтому вернуться "естественным путем" будет крайне сложно.

Это возможно только жестким политическим решением — через сильное давление. Примерно так же, как было с отстранением.Норвежцы сделали все, чтобы нас отстранить и убрать. А когда они увидели, что все доведено до неприличия — стало ясно, что это создает диссонанс. Они действительно сделали все лучшее для своей команды: методики, подготовку. Показали величие. И теперь можно, условно говоря, "пускать русских", потому что они понимают: при падении интереса в других странах начнутся отказы от проведения международных соревнований — и Кубок мира может потерять популярность. Они останутся вариться между собой, а это им тоже неинтересно.

— Ее выступление ожидаемо. Она поехала с пятых-шестых мест на Кубке России. Мы понимаем, что у нас есть девушки, которые выступали бы на этапах Кубка мира значительно лучше. У нас, возможно, уже завершается смена поколений: пришли более молодые девушки, они уже становятся лидерами и завоевывают места. В классической гонке на чемпионате России первые три места разделили всего пять секунд. Проигрыш в 40 секунд отбрасывает спортсмена на 15–20-е места. Средний уровень лыжниц вырос. На тяжелых трассах, например, Алина Пеклецова способна очень ярко создавать конкуренцию тем же Андерссон и Карлссон. Думаю, нашим спортсменкам нужно просто выехать и увидеть это на месте: побороться в очной борьбе — это даст силы и уверенность.

— Она должна понимать, что спорт — это жесткая иерархия. Есть первое место, второе, третье, и по этим критериям формируется команда. То, что она поехала с пятых-шестых-восьмых мест, — никто не ставит ей это в упрек. Она попала по тем критериям, которые существуют. Это нужно воспринимать как есть: показывай результаты, выигрывай — и поедешь лидером. Если нет — принимай реальность. Да, она была лидером общего зачета в прошлом году, но за прошлые заслуги не выезжают.

— Мудрецы говорили: чтобы выжить в эпоху перемен, нужно понимать, что это самая непредсказуемая эпоха. Не всегда новое лучше, чем то, что было. Если посмотреть на результаты последних Олимпиад, начиная с 2014 года, у Федерации лыжных гонок России выдающиеся достижения. Много выиграно и на чемпионатах мира — это говорит о том, что система преемственности и подбора кадров по направлениям выстроена правильно. Рушить то, что работает, — непозволительная роскошь.

Я не говорю, что все будет изменено. Мы просто пока не знаем, какая система будет выстроена и как она будет работать. Я не утверждаю, что будет плохо. Просто неизвестность пугает больше всего. Если бы было четкое понимание: какие изменения, в каком объеме, насколько глубоко, как будет выстроена вертикаль, было бы легче.

Судя по тому, как это прошло в водных видах спорта, со стороны не видно каких-то коренных изменений: все как работало, так и работает — синхронистка плавает, прыгун прыгает.

— Международные отношения — очень непростая тема. Чтобы выстраивать их, нужно быть погруженным в спорт. Это не просто бизнес: в каждом виде спорта свои тонкости. Без специалистов, которые знают специфику до деталей и понимают международный уровень, выстроить это невозможно.

— Я об этом и говорю: нужно понять структуру, как она будет выглядеть, какие люди займут ключевые позиции. Скорее всего, выстроят правильную иерархию: каждый будет заниматься своим делом. Менеджеры — искать деньги и обеспечивать потребности спортсменов. Специалисты — развивать вид спорта, планировать и вести тренировочный процесс, добиваться результатов. Такой симбиоз спорта и управления может давать высокий эффект.

Если говорить о Норвегии, у них самый большой бюджет в мире в лыжных гонках. Там многое делается не за счет государства, а благодаря спонсорам.

— Елена Валерьевна за эти годы проделала колоссальную работу по развитию лыжных гонок в регионах. Я знаю ее график перемещений и встреч по территориям: продвижение нашего вида спорта, уровень проведения соревнований, вовлечение властей в развитие. Я знаю, как она отстаивает спортсменов. На сегодняшний день она довела лыжные гонки до статуса одной из сильнейших федераций — с успехами, которые стали венцом этой работы.