На что живет самый крутой российский пловец? Уедет ли он во Францию ради любимой девушки? Или умчит на Porsche? И за что ему понравилась американка из другого вида спорта? На все бытовые и спортивные вопросы в интервью РИА Новости ответил двукратный чемпион и рекордсмен мира Климент Колесников.
Как пловцу заработать на квартиру?
— Пять лет отстранения и ограничений вам какими кажутся?
— День сурка. За это время кто-то вырос, кто закончил, кто, как я или Женя Чикунова, поставили рекорды. Мир меняется слишком быстро и сейчас меня ничего уже не удивляет. Я повзрослел. Стал более разборчивым, рассудительным, появился аналитический склад мышления. А самый тяжелый период — это 2019 год. Перед чемпионатом мира у меня случился тромбоз. Было тяжело именно психологически из-за разговоров, что могу не вернуться в спорт. А я - на пике формы. Но жизнь заставила притормозить.
— Сейчас вы вновь в крутых кондициях и допущены. Но кто-то в Европе грозит даже бойкотировать турниры с нашим участием. Обращаете на это внимание?
— Не слежу за этими новостями, потому что есть четкие подтверждения, что у нас все будет хорошо. Я бы предложил задать вопрос самим спортсменам. Как они относятся к тому, что мы будем снова выступать вместе? Я думаю, большинству будет либо все равно, либо они будут "за". У нас всегда были дружеские отношения с иностранными пловцами. Именно их мнение, на мой взгляд, здесь самое важное.
Климент Колесников
— После чемпионата мира в Сингапуре у вас что-то изменилось? Появились новые контракты, предложения?
— Нет, ничего не изменилось. Ни новых предложений, ни контрактов. Как ситуация была не самой привлекательной с точки зрения коммерции, так и остается. Работаем, по сути, сами на себя.
— Но до отстранения было лучше?
— Да, был больший интерес со стороны компаний, в том числе иностранных производителей экипировки. Возможно, после чемпионата Европы ситуация начнет меняться, если получится выступить и наладить контакты. Вопрос, насколько ты интересен компаниям. Очень много видов спорта, которые занимают большую часть всей спортивной ниши, поэтому внимание брендов распределяется между ними, и далеко не всем предлагают контракты.
— Достаточно много иностранных спортсменов снимаются для обложек глянцевых журналов. Насколько вы раскрепощены в этом плане?
— В рекламных кампаниях я готов сниматься. Но что именно рекламировать? Мне никогда ничего подобного не предлагали. Если и были предложения, то невзаимовыгодные.
— С кем бы вы точно не стали сотрудничать?
— Жестких табу нет. Вопрос исключительно в предложении — как это будет преподнесено и показано. Если не будет вредить моему имиджу и репутации, то почему бы и нет.
— Как у пловца формируется доход?
— Платят регион, клубы, федерация, а также получаем призовые за соревнования. Таковые за международные старты составляют большую часть заработка. Если у футболистов основной доход — зарплата и контракты, то у нас все наоборот.
— Можно заработать на квартиру в Москве?
— На квартиру – нет. Без участия в чемпионатах Европы и мира практически невозможно. А на машину топовому спортсмену – реально.
— С Олимпиадой все будет проще?
— Если ты там занимаешь призовые места, то закрываешь вопрос и с квартирой, и с машиной.
"Олимпиада в США может стать последней"
— Вы допускали, что Олимпиада в Лос-Анджелесе может стать последней в вашей карьере?
— Такой вариант я рассматриваю.
— Из-за возраста?
— Да. Со временем для того, чтобы оставаться на прежнем уровне, нужно будет прикладывать гораздо больше усилий и тратить больше здоровья, а организм все равно будет давать о себе знать.
— Думали, чем будете заниматься после завершения карьеры?
— Думал. О том, как развивать детское и юношеское плавание, уделить больше внимания университетскому спорту. В стране большая проблема перехода с юниорского уровня во взрослый. У ребят нет гибкого выбора — есть жесткий вариант: либо одно, либо другое. Потом я переставал об этом думать, затем снова возвращался к этим мыслям. Сейчас опять сосредоточился на подготовке, начал тренироваться по-другому.
Российский пловец Климент Колесников
— Вы как будто физически подсушились.
— Телосложение стало другим из-за тренировок, которые стали более интенсивными и энергозатратными.
— В бизнес не планируете когда-нибудь уйти?
— Будущее мое будет связано со спортом. Возможно, с плаванием — но не обязательно. Все может поменяться. Может быть, в какой-то момент мне это настолько надоест, что я просто…
— Возьмете Porsche 911 и умчите в закат?
— Да, куплю Porsche и уеду куда-нибудь.
— Рассматриваете ли жизнь вне России?
— Нет. Мне очень нравится Москва, город, в котором я вырос. Никогда не планировал уезжать куда-то, потому что мне здесь комфортно.
— Это логичный вопрос в связи с вашими отношениями с Анастасией Кирпичниковой, выступающей за Францию.
— Честно говоря, мы особо на эту тему не разговаривали. В любом случае, я сам не планировал переезд за границу. И думаю, что мы туда не поедем, потому что жить в Москве намного удобнее. Возможно, в Америке есть какие-то возможности, но у нас все отлично развито.
— Тяжело сохранять отношения на расстоянии?
— У нас нет такой проблемы. Мы с Анастасией живем вместе в Москве.
"Мне понравилась Алиса Лю"
— Вы смотрели зимнюю Олимпиаду?
— Да, но только фигурное катание.
— Почему именно его?
— Не знаю, просто, наверное, больше новостей было про этот вид спорта. Да еще появилось время посмотреть финал женского и мужского турниров. Понравилась спортсменка из США Алиса Лю и японец Юма Кагияма.
Алиса Лю
— Почему они?
— Было ощущение, что Алиса выглядела так, будто не просто исполняет программу, а импровизирует.
— Кайфовала.
— Да, именно. Делала то, что чувствовала. И, наверное, именно это привлекло больше всего внимания. Несмотря на то, что я не особо разбираюсь в фигурном катании с точки зрения элементов и судейства — хотя со временем начинаешь и в этом понимать.
— Как нам в российском спорте прийти к такому же отношению к турнирам? Когда я разговаривала с Дмитрием Губерниевым, он сказал, что наши спортсмены выходят на старт "как на казнь", а, например, американцы — как на праздник.
— Вспомните, как Майкл Фелпс выходил на старты, и его знаменитую фотографию перед 200 м баттерфляем с Чадом ле Кло. На самом деле все очень индивидуально. У нас никого не настраивают выходить с мрачным выражением лица или кислой миной. Просто сама система подготовки предполагает более высокий уровень ответственности. Есть стресс, и ты не хочешь, чтобы он на тебя влиял. Включается защитная реакция, и со стороны это может выглядеть как излишняя серьезность. Поэтому и кажется, что ребята не улыбаются на старте.
Но сейчас ситуация меняется. Не сказать, что на последнем чемпионате все выходили на старт с тяжелыми лицами. У каждого свой настрой и это никак не влияет на результат.
Кому-то нравится шоу, сейчас многим важно именно это — эмоции, зрелищность. Но по факту всем будет абсолютно все равно, как ты выходишь, если ты стабильно выигрываешь.
— А вы сами готовы к формату шоу?
— Никогда к этому не стремился и не пытался себя менять. Но со временем ты становишься более раскрепощенным. Но у наших спортсменов слишком высокий уровень ответственности, чтобы полностью уйти в шоу. Но, возможно, мы придем и к этому.